Наш крестный ход

Вице-адмирал Попов Г.П.

В феврале 2003 г. Пригласили меня принять участие в известных Иринарховских чтениях в Борисоглебском монастыре, где впервые познакомился с замечательным человеком – игуменом Иоанном, подвижником земли русской. Радением отца Иоанна с братией и такого же подвижника Владимира Сергеевича Мартышина, ежегодно с благословения святейшего Патриарха Алексия II и митрополита Ярославского и Ростовского Кирилла, собираются православные люди с разных концов России на интересные и весьма полезные чтения.

На чтениях узнал, что отцом Иоанном возрождена традиция совершать многодневный крестный ход от кельи преподобного Иринарха в Борисоглебском мужском монастыре до его источника в селе Кондаково. Но воспринял эту информацию как нечто для меня абстрактное, тем более что не имел представления о сути и духовно-нравственном значении крестных ходов. К тому же считал, что совершать в моем возрасте многодневные и многокилометровые переходы уже не по силам. Потому приглашение на крестный ход воспринял просто как знак внимания.

Но вот довелось снова участвовать в Иринарховских чтениях в начале 2004 г., которые закончились молебном в заснеженном лесу у источника преподобного и запала мысль, и появилось желание принять участие в крестном ходе. Способствовал этому и замечательный видеофильм, подаренный отцом Иоанном, о крестном ходе предыдущего хода.

Смотрели мы его с женой несколько раз, показывали своим православным друзьям, и всякий раз после просмотра укреплялись в желании участвовать в крестном ходе. Смущало нас лишь одно обстоятельство, по состоянию здоровья жена не может пройти и сотни шагов без сердечного приступа.

После некоторых колебаний все же решили ехать на машине на крестных ход с тем, чтобы участвовать хотя бы в богослужениях в монастыре, а также и в местах ночевок. Так и решили, хотя по своему незнанию не спросили у отца Иоанна благословения на такую форму участия. Наш грех.

Наверное, поэтому опоздали мы и к началу литургии в Борисоглебске, и осталось в душе неудовлетворенность от невозможности пройти крестным ходом вместе со всеми. Но Господь милостив – даже при такой форме участия радостно было присутствовать при освещении вновь построенной церкви в селе Ивановском, находится среди православных паломников, искренне восхищавшихся гражданским и духовно-нравственным подвигом возводивших ее людей. Видно было, что люди приехавшие на крестный ход с разных концов страны понимают: без храмов Россию восстановить нельзя потому что, Отечество наше – православное и по духу, и по форме и по содержанию. А воскресение храма – это воскресение русского народа, а, следовательно, и страны.

Завершилось наше неполное участие в том крестном ходе посещением источника преподобного Иринарха и омовением в купальне. Здесь было еще одно чудо. У жены, страдающей стенокардией, раньше называемой в народе грудной жабой, при любом резком перепаде температуры воздуха или воды, начинаются сердечные боли. Однако она вознамерилась, во что бы то ни стало окунуться в ледяную водицу Иринарховского источника. Мои попытки отговорить ее успеха не имели, твердо было заявлено, что все будет хорошо. И действительно, никакого сердечного приступа не было, а была благодать, позволившая ей даже подняться из оврага без остановок и таблеток нитроглицерина. Благодать Божья безгранична!

Последовавший после этого год мы жили надеждой еще раз поучаствовать в крестном ходе, а мне обязательно пройти его вместе со всеми. Мечта сбылась.

Чтобы в этот раз не опоздать на литургию выехали мы из Москвы в четвертом часу утра, прибыли вовремя и одно это уже поднимало настроение.

Изначально решили, что буду на машине отвозить жену в предстоящий пункт отдыха, затем идти навстречу крестному ходу и, встретив его, проходить со всеми оставшуюся часть пути – как бы по длине все расстояние, а фактически дважды вторую половину. Вот такое нашли компромиссное решение. Но к нашей радости и не без помощи преподобного Иринарха, по приезде в Борисоглебск встретили семью знакомых из Ростова-на-Дону. Милейшие добрые люди. Божьим промыслом встретились вроде бы по отдельности, но каждый со своими проблемами: у меня не может идти жена, у них – глава семьи.

Свет не без добрых людей. Они сразу же предложили свой вариант разрешения проблемы: жена Дмитрия с сыном остается в Борисоглебске, и пока ждут сборы к началу крестного хода, мы на двух машинах едем в Павлово, где должен завершиться первый этап хода, оставляем там мою жену с машиной, а Дмитрий привозит меня в Борисоглебск, и затем, тоже возвращается в пункт ночевки. Вот такой сложный алгоритм был предложен и выполнялся до конца крестного хода, за что я бесконечно благодарен этим добрым людям.

Пройти по проселочным дорогам и тропкам полтора десятка километров в день, хотя и с остановками для молебнов и одного кратковременного отдыха, для горожанина большой труд. Но никаких сомнений в том, что я пройду этот путь в свои 75 лет, даже не возникало, хотя давно уже не ходил на такие расстояния и тем более в хорошем темпе. Знал, что православные люди всегда при необходимости придут на помощь.

С взрослыми идут детишки 5-8 лет и старше, и даже совсем маленькие в колясочках или на руках родителей. Вот идет мать и держа в каждой своей руке по рученьке двух сынишек – одного лет шести, другого постарше. За весь 4-дневный ход многократно оказывался рядом с ними и ни разу не слышал хныканья и не видел, что бы она взяла кого-либо из них на руки. Эти мальчики в косовороточках и картузиках для меня были олицетворением силы духа, терпения и стойкости русских людей, и вселяли уверенность в то, что подросшее поколение православных сумеет отстоять нашу землю от лукавых нехристей, сидящих на шее России.

Как же приятно было, когда вдруг рядом оказывались детки кукольного возраста и опрыскивали в жаркий полдень водой из распылителей идущих паломников. Душа радовалась этой заботе и вниманию деток о старших, которую, к сожалению, теперь не встретишь в городе, наполненном равнодушными, а порой и озлобленными молодыми людьми, воспитанными на волчьих законах иноверцев, коррупционеров и стяжателей, облаченных властью.

Еще большую радость доставляло чувство единства всех живущих рядом с тобой братьев и сестер по вере как бы все время подпитывающих тебя духовной силой и вдохновляющих на радение о земле русской.

Радостной весточкой о благодати Божьей для каждого идущего крестным ходом было окропление святой водичкой которое совершал отец Иоанн, появляющийся именно в тот момент, когда надо было поддержать силы идущих. Вдруг падали на тебя капельки, и обернувшись, ты видел добрейшую улыбку отца Иоанна, вдохновлявшую и поддерживавшую всех. Достойно великого уважения и преклонения духовная сила этого русского священника, отдающего всего себя служению Богу и народу.

Отец Иоанн то отстает от головы хода, чтобы окропить и взбодрить отставших, то, обгоняя растянувшуюся колонну, присоединяется к духовному песнопению, придавая силы идущим. И вот о чем думается во время 4-дневного крестного хода.

Еще раз убеждаешься в величии и красоте нашей земли, бескрайности ее просторов. Но одновременно видишь запущенные и заросшие дикой травой и кустарником поля, заброшенные и уже исчезнувшие деревни с руинами некогда величественных каменных храмов, стоящих одиноко на взгорках, как немой укор всем нам православным, допустившим этот разор и погибель.

Сколько вырастили хлеба эти деревни за свой долгий век, сколько защитников Отечества выросло в них. И вот остались они ни с чем. Все отняли у нас предатели Родины. Велик этот грех русских людей, забывших заповеди предков нашей Земли и не допущения ее поругания нехристями – интернационалистами. Этими неугомонными врагами Отечества от Востока до Запада, от Наполеона до Гитлера, до современного кагала зарубежных и доморощенных, пригретых Москвой, так называемых, «граждан мира» с их нескрываемыми хищными катехизисами, смысл которых сводится к одному – урвать от России какую-нибудь наживу и нанести ей ущерб.

Видя, как неразумно мы поступили со своей матерью – Родиной и красотой земли русской, начинаешь понимать глубокий духовный смысл многодневного крестного хода. Как одной из форм искупления общественно-значимых, всенародных грехов. Невольно вспоминаешь детство, когда все мы были единым народом и даже незнакомые люди обращались друг к другу в зависимости от возраста: дедушка, бабушка, тетя, дядя, брат, сестра, мать, отец, сынок, доченька, внучек, внучка. Встретив в пути, в отъезде, в армии, в другом ли городе незнакомого человека и разговорившись с ним, обычно спрашивали: откуда он? И если оказывалось, что он из той же области или города, и тем более района, то сразу же считалось, что мы земляки, то есть сыны и дочери одной земли, и чуть ли не родня. Старались держаться другу за друга и помогать, если потребуется.

Чувства родства, принадлежности к родной земле и малой родины было дано нам от Бога, а мы утратили эту благодать. И слово-то какое прекрасное – Земляк, уже не услышишь, а нынешняя молодежь в больших городах, зачастую не знает него.

На фронте во время Великой Отечественной Войны русские, белорусы, украинцы, часто использовали коллективное обращение – славяне, подчеркивая этим кровное родство наших народов. Этому никто не и никакая пропаганда не учили. Это было в душе народа. Единственное, что еще сохранилось – это православное обращение: братья и сестры. Но оно подчеркивает нашу принадлежность к единой вере, а не к кровному родству.

Добрую половину участников крестного хода составляли дети и молодые люди – старшеклассники, студенты и семейные пары, только начинающие свой совместный жизненный путь. В этом видится надежда на духовное выздоровление нашего народа.

Молебны, совершавшиеся в заброшенных храмах, будили крупицы нашей исторической памяти, вселяли уверенность необходимого возрождения и были малой лептой во искупление наших грехов за поругание родной земли.

Многие участники крестного хода, сменяя друг друга, шли в веригах преподобного Иринарха, одевать и снимать которые помогал отец Борис, такой же подвижник нашей земли.

Удивительное дело, когда надеваешь вериги, ощущаешь их тягость, а пойдешь и не чувствуешь этого. Вечером, когда легли спать, а ночь была прохладная, все время казалось, будто бы из меня исходит какое то внутреннее тепло, так что постепенно я сбросил с себя всю теплую одежду и спал не укрывшись. В последующую ночь такого ощущения не было. Позднее со мной поделились некоторые паломники, ранее шедшие в веригах, что тоже чувствовали внутреннее тепло, исходившее от тела. Значит, было это тепло от молитв преподобного о нас грешных.

На второй день шли мы через некогда процветавшую совхозную усадьбу с обветшавшими кирпичными домами и многочисленными хозяйственными постройками. Многие жители выходили встречать крестный ход, стояли, смотрели, некоторые крестились, поздравляли с праздником,

И вот видим – стоит десяток детсадовских малышей в шеренге и с ними миловидная воспитательница. Детки с интересом смотрят на растянувшуюся колонну крестного хода из более тысячи человек. Какая же молодец эта воспитательница! Нам поддержка и утешение, а для ребятишек наверняка будет одним из ярких впечатлений из раннего детства и, дай Бог, станут и они настоящими православными людьми.

Во время многокилометрового перехода по дорогам и прямо по заброшенным полям, наплывают воспоминания прошлых лет. Но почему-то только те, когда ты поступил не справедливо, обидел кого-то или совершил неблаговидный поступок, и понимаешь, что это твои вечные грехи. Становится стыдно от сознания содеянного, пусть даже и в детские годы. И начинаешь понимать духовную значимость и правоту утверждения отцов церкви, что крестные ходы – один из способов частичного искупления не только общественных но и своих личных грехов. Господь посылает нам испытания, что бы мы, идя многокилометровым переходом, задумались и осознали их, и через осознание старались не повторять.

И вот к исходу третьего дня идем мы полевой дорогой к селу Давыдово. Вдали, постепенно из-за леса показывается сначала крест, а затем и колокольня. До деревни еще более километра и вдруг доносится до нас колокольный звон – наш ход заметили. Как же этот великолепно – услышать колокола еще из далека в вечерней тишине, видеть постепенно приближающийся великолепный восстановленный храм! Душа наполняется радостью, невольно приободряется, ускоряешь шаг и прибавляются силы. Это ощущение радости и благодати не покидает нас в течение всего времени, пока мы подходим к селу и храму.

А звон не прекращается, становится все громче, и радуешься так, как будто бы идешь к дому, где тебя давно уже ждут родные люди. И действительно, нас ждут. Жители соорудили столы, на которых стоят горки свежих и соленых огурцов, лука, фруктов, бидоны молока, жбаны настоящего кваса, блинчики. Пирожки и еще всякой снеди. Каждый принес что мог. И видно, что это от души, сердца наполняются радостью и гордостью от того, что возрождаются на нашей земле добрые традиции и, главное, люди осознают наше кровное и духовное родство, и любовь к своей земле.

После молитвы, отец Иоанн благословляет трапезу. Жители общаются с паломниками, у всех хорошее настроение, дети весело играют в сооруженном рядом с храмом городке.

После трапезы – молебен, обход крестным ходом церкви и последние километры до родины преподобного Иринарха. Войдя в село Кондаково, видим, что окна порушенного храма уже закрыты пленкой, вход украшен полевыми цветами, пол покрыт свежее выкошенной травой, в алтаре установлены иконы, теплятся лампадки и свечи. Начинается вечерняя служба. Назавтра ждут прибытия митрополита Ярославского и Ростовского Кирилла для первой литургии, которая будет знаменовать начало восстановления храма. Церковь возвращает в свое лоно это святое место.

На четвертый день, после литургии, совершается последний переход паломников к источнику преподобного. У всех приподнятое настроение, совершается молебен, после которого каждый старается выпить святой водички и набрать ее себе  в приготовленную посуду. Многие малые и старые терпеливо ждут в очереди к купели, для омовения. Из купальни слышны радостные вскрики: «Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, Аминь».

Перекрестившись и поклонившись этому святому месту, с благодарностью Господу, преподобному Иринарху, и святым Отцам, проведших нас крестным ходом, и особенно игумену Борисоглебского на Устье мужского монастыря, отцу Иоанну, отправляемся домой с молитвой о ниспослании нам благодати и возможности еще раз пройти нами крестным ходом во благо любимой Родины.